Фото: МоШле – Собственная работа – CC BY-SA 3.0 Портрет Хайнца Глессгена, бывшего директора радиостанции «Бремен», католического вероисповедания.
16 марта 2017 года, кинотеатр «Метрополис» в Гамбурге.
Речь, произнесенная в рамках ретроспективного мероприятия, посвященного 100-летию со дня рождения Гордиана Трёллера.
Уважаемая г-жа Беккер-Росс,
Уважаемые дамы и господа,
„Когда ошибки исчерпаны“. Так назывался последний фильм Гордиана Троллера для радиостанции «Бремен». Он вышел в эфир в августе 1999 года. К тому времени я уже был избран директором станции, но официально вступил в должность только 1 октября 1999 года. Поэтому мы с Гордианом Троллером так и не встретились на станции. Он не был непосредственно затронут крупнейшим кризисом в истории станции и, следовательно, не участвовал в радикальных сокращениях, включая сокращение программ, необходимых для предотвращения банкротства. После решения премьер-министров земель в ноябре 1999 года доходы станции были сокращены примерно на 40 процентов за короткий период.
В каком-то смысле, но только в каком-то смысле, возможно, хорошо, что Гордиан Троеллер остановился до моего прихода, потому что для меня — я всегда был ярым сторонником документального кино во время моей работы главой отдела культуры на NDR — было бы более чем больно, если бы я больше не мог гарантировать Гордиану Троеллеру необходимые ресурсы для его работы.
Я рад и благодарен, что сегодня, 16 марта, мы можем вместе вспомнить Гордиана Троллера, в день, когда ему исполнилось бы 100 лет. В то время как обычно его вспоминают в основном по отдельным деталям, такое событие дает возможность получить общее представление о жизненном пути, обо всех достижениях этого великого коллеги.
С огромным удовольствием и еще большей пользой я сегодня погрузился всего в две книги:
Никакого уважения к неприкосновенным коровам.
и второй
Антифашист, анархист, журналист.
Подзаголовок: Гордиан Трёллер сообщает.
Заголовок содержит три термина, которые характеризуют его личность, его основное отношение, его позицию и его самооценку.
В своей автобиографии он описывает главную тему своей жизни:
„Разрушительное воздействие западной идеологии прогресса — как экономического, так и культурного — на общества так называемых развивающихся стран стало моей темой“ (с. 9). И далее: „Во всем ‚третьем мире’ обнищание постоянно растет… Несмотря на помощь в развитии и масштабное развертывание западных экспертов. Или, скорее: из-за модели развития, которую Север навязал Югу. И, конечно же, не из альтруизма. Речь идет о вполне реальных интересах“ (с. 11).
В наши дни мы пожинаем последствия этого западного мировоззрения.
Если вы почитаете труды Гордиана Трёллера, вы поймете, насколько он был прав. Он почти пророчески определил и предсказал огромные проблемы, которые в настоящее время занимают и формируют Европу и нашу страну. Его анализы оказались верны. Наше нынешнее положение служит тому доказательством. Точно так же, как, например, британская телевизионная драма „Марш“, показанная на канале NDR в 1990 году. Насколько актуальны, насколько взрывоопасны те репортажи и предсказания тех лет сегодня!
Гордиан Троллер.
Родился 16 марта 1917 года в Люксембурге.
Школы во Франции, Германии и Люксембурге
Политическое участие в Гражданской войне в Испании
Побег от нацистов в Португалию
24-летний начальник разведки, а между этими периодами – само собой разумеется – недолгое время был тореадором, хотя его короткая карьера внезапно оборвалась. В качестве испытания он сразился с коровой, которая вышла победительницей, потому что коровы, по-видимому, умнее быков и бегут не к мысу, а к его обладателю, то есть к человеку.
Вполне естественно провести параллель с Гордианом Трёллером, которого никогда не волновали внешние проявления, а больше интересовала реальность. Он не отвлекался на попытки обмана; его анализы попадали в самую точку.
Благодаря помощи других, он сбежал от коровы и объездил весь мир. И отныне он будет публиковать только репортажи и репортажи.
Даже в юном возрасте он был корреспондентом 40 газет — только представьте! Изучение его жизни сродни изучению географии в самом изысканном виде. Как ему удавалось общаться со столькими влиятельными людьми, как с сомнительными, так и с не самыми приятными личностями, и, прежде всего, с теми, кто, будучи критически настроенным и компетентным, имел что сказать? Почти невольно задаешься вопросом: кого он не знал?
Следить за его судьбой — всё равно что читать детективный роман. Даже просто подсчёт того, сколько раз его арестовывали и сажали в тюрьму, для обычного читателя становится непосильной задачей.
И поскольку это так мило и поучительно, вот хотя бы одна деталь: в португальской тюрьме он делил камеру с немецким графом, который, кстати, получал еду из лучшего ресторана города и, по-видимому, щедро делился ею с Трёллером. Спустя годы Трёллер случайно встретил этого же графа в баре в Риме, и во время этой встречи граф попросил его показать Рим другу из Берлина. По-видимому, всё прошло так хорошо, что вскоре после этого женщина настояла на том, чтобы Трёллер обязательно приехал на её свадьбу в Берлин в 1959 году. Выбранным женихом стал Петер Бёниш, главный редактор журнала „Revue„. Молодожёны принесли в брак недавно опубликованную книгу Трёллера “Персия без маски», тем самым убедив главного редактора незамедлительно назначить опытного автора этой книги редактором отдела иностранных изданий.
Если хотите узнать больше, рекомендую страницы 39 и 40.
Вскоре он должен был стать главным редактором „Revue“, сменив Бёниша. Но, как он сам признает, его стремление к свободе взяло верх. Он подал в отставку в тот же день (стр. 43). После этого события развивались стремительно. Сразу же после этого ему позвонил Анри Наннен: «Не хотели бы вы приехать в Штерн?»
Сказано — сделано. Результат: 81 сообщение за десять лет, с 1959 по 1969 год, практически из всех уголков мира.
Мне придётся всё это опустить, как я это делал ранее в отношении его захватывающих событий в секретной службе.
Потому что мне нужно вернуться в 1974 год.
С 1963 года Трёллер снял 19 фильмов для различных каналов ARD, в основном высококачественные постановки продолжительностью от 45 до 60 минут. Однако в последнее время он работал преимущественно на третьем канале NDR. Тогда Герт фон Паченски, главный редактор Бременского радио, соблазнил его вопросом: «Не хотели бы вы снять для нас сериал? И для прайм-тайма на ARD? В обычном эфирном времени».
Паченский незамедлительно гарантировал ему три ‚полнометражных‘ выпуска в год, бессрочно. (Паченский, “Никакого уважения…», с. 16)
То, что Паченски смог продвинуть это начинание на ARD, более чем поразительно, потому что тогда, как и сейчас, в рамках ARD каждый кинопроект телекомпании для совместной программы должен быть одобрен комиссией из главных редакторов и руководителей культурных учреждений, а затем на совещании программных директоров.
Настойчивость сотрудников Radio Bremen одержала верх над внутренней конкуренцией со стороны ARD.
Работа Трёллера на Радио Бремен немыслима без этого особенного человека, к которому я испытывал уважение ещё в начале своей карьеры в Штутгарте на SDR, южногерманской радиовещательной корпорации, ныне покойной:
Эльмар Хюглер.
Дитер Эртель, программный директор радиостанции «Радио Бремен», ранее работавший на SDR, переманил в Бремен Эльмара Хюглера. Многие люди в итоге оказались в Бремене именно на этой швабской станции: Эртель, Хюглер, Кинцле, а позже, после очень приятного пятнадцатилетнего перерыва на NDR, и я сам.
Эльмар Хюглер приехал в Бремен и остался на станции, даже после ухода Герта фон Паченского и вскоре перехода Дитера Эртеля на пост руководителя отдела телевизионных драм в WDR. На конференции главных редакторов ARD, во взаимоотношениях с руководящими органами станции, а также со своим генеральным директором и программным директором, Эльмар Хюглер теперь остался один и, следовательно, столкнулся с еще большими трудностями.
Представленные им соображения по этой теме столь же интересны, сколь и обоснованы. Цитирую:
„Трёллер, казалось, оказался в опасности, потому что тогдашний директор неоднократно заявлял, что больше не будет поддерживать участие редакционной группы во внешней политике. Теперь же смена руководства могла позволить ему сделать то, что Дитер Эртель уже предотвратил своим присутствием: разрушить мою программу, которая четыре года робко процветала. Опасения заключались в том, что новый программный директор не сможет противостоять давлению и, в качестве своего рода награды за своё назначение, пожертвует Гордианом Трёллером. Однако Ханс Вернер Конрад вскоре после вступления в должность развеял эти подозрения. Не то чтобы он безоговорочно принял мировоззрение Трёллера. В некоторых отношениях оно было для него слишком догматичным. Тем не менее, он признавал провидческую силу его фильмов. По сути, он чувствовал то же самое, что и я, когда впервые встретил Трёллера. Меня пленили проницательность и знания, которые могли передать его фильмы, хотя некоторые вещи казались мне необычными с точки зрения кинотеории. В конце концов, как кинорежиссёр, я потратил двенадцать лет на разработку собственной теории“. «Я отточил свои навыки и – как я и считал – в процессе познакомился со всеми разновидностями кино». (No Respect for Sacred Cows, стр. 21-22)
Неудивительно, что документальный стиль Трёллера стал предметом споров. Если придерживаться мнения, что телевидение — это прежде всего визуальное средство массовой информации и, строго говоря, его следует понимать в первую очередь через изображения, то неудивительно, что фильмы Гордиана Трёллера характеризовались как многословные. Его обвиняли в частом использовании кинематографических приемов для иллюстрации своих уже существующих журналистских анализов.
Это не особенно впечатлило Троллера. Цитата: „Сильные последовательности изображений не обязательно соответствуют сильным текстовым фрагментам — и наоборот. Иногда изображение и текст плохо дополняют друг друга. Тогда пуристы жалуются: Троллер не подкрепляет свои утверждения. ‚Разрыв’ между изображением и текстом значительно увеличивается. Такое иногда случается. Но разве это делает мой анализ недействительным? Когда я был журналистом, мне не нужно было ничего подкреплять изображениями. Люди верили, что я провел тщательное исследование…»
Теперь же педантичные пуристы требуют, чтобы каждое предложение подтверждалось образами“. (цитата из книги Питера Циммермана «Без уважения…», стр. 42)
Подобные возражения против того, что он был в первую очередь сценаристом и телепродюсером, не смогли умалить его ошеломляющий успех. В период с 1974 по 1999 год он спродюсировал целых 70 крупных фильмов для радиостанции Radio Bremen, а следовательно, и для телеканала ARD.
За три сезона:
С 1974 по 1984 год в серии „Во имя прогресса“ было снято 22 фильма с репортажами из Алжира, Того, Танзании, Габона, Ирана, различных стран Южной Америки, а также из Франции, Канады и США.
В период с 1979 по 1983 год в рамках серии „Женщины мира“ было показано двенадцать фильмов, в которых, опять же, были представлены женщины со всего мира.
И наконец, третий сезон "Детей мира" с 36 постановками.
Первый сезон стал результатом его желания рассказать об эксплуатации народов „третьего мира“ промышленно развитыми странами.
Его аргументация в пользу тематической направленности второго сезона:
„В первом сезоне стало все более очевидно, насколько сильно политические и экономические изменения влияют на условия жизни женщин. И поскольку мы всегда старались освещать события с точки зрения тех, кого они затронули, было вполне логично сосредоточиться на самой большой и наименее свободной из всех ‚колоний’ (как он их называет в кавычках): женщинах“.“
Он хотел разоблачить те элементы, которые в конечном итоге ответственны за все механизмы угнетения и эксплуатации: концепцию прогресса и патриархальный порядок.
Третий сезон был посвящен изучению социальных и политических условий, формирующих жизнь детей. Учитывая сложное положение детей и женщин на всех континентах, ЮНИСЕФ предложил использовать их благополучие в качестве показателя прогресса страны. (Троллер, с. 160)
Из-за нехватки времени я не могу обсудить весьма интересные темы фильмов из всех трех сезонов.
Однако следует отметить, что эти темы также встретили сопротивление. Это неудивительно, учитывая крайне критический и прямолинейный характер работ Трёллера.
Эльмар Хюглер справится с этим лучше, чем я. Поэтому я снова предоставляю ему слово, так сказать.
„Когда волны протестов против фильма Трёллера снова поднялись высоко, и члены телевизионного комитета Бременского радио пришли в ярость, я позволил себе использовать это в продуктивных целях. Я попытался составить целостный образ Трёллера на основе комментариев участников встречи. В итоге получился образ динамичного, молодого, альтернативного типа, типажа в джинсах и кожаной куртке, непреклонного идеалиста, немного похожего на Альберта Швейцера, но гораздо больше на Карла Маркса. Это натолкнуло меня на мысль взять Гордиана Трёллера на следующую встречу. Я никогда не забуду реакцию, когда он появился. Вот он. Седовласый, слегка сутулый, очки в роговой оправе вместо проволочной, чисто выбритый, а не с густой бородой. Обсуждение его фильмов снова (хотя и краткое) отличалось нейтральной непринужденностью чисто продуктивного обмена мнениями. Однако ответ на вопрос о том, кто такой Гордиан Трёллер на самом деле, снова остался неясным. Он не левый, и не...‚ ‘Праворадикальный, а “альтернативный“ — лишь в ограниченном смысле». Поскольку он ставит под сомнение всё, что видит, в поисках других точек зрения». («Без уважения…», с. 26 и далее).
Можно привести множество примеров попыток усмирить или даже заставить замолчать троллей.
Гордиан Троллер стал олицетворением Антихриста, а радио Бремена — орудием ада из-за доклада о методах воспитания коренных американцев, применяемых католической церковью.
А фильм о палестинских детях и критика израильской оккупационной политики выставили Троллера антисемитом.
Вместе с редакционной командой своей станции Трёллер и Хюглер противостояли этой критике. Браво тогда и сейчас.
Дамы и господа,
В ARD действует комиссия, которая занимается историей общественного вещания, принципами его возникновения, его мандатом, закрепленным в законах и государственных договорах, и вытекающей из него легитимностью, а также определяющими результатами этого вещания, то есть очень специфическими программами.
Гордиан Троеллер вошел в историю радиовещания; я говорю это не столько как директор его станции в период после его ухода, сколько как председатель этой самой Исторической комиссии ARD.
Чтобы понять, насколько важно общественное вещание для общества, достаточно взглянуть на почти 100 фильмов, снятых Гордианом Троллером для ARD. Они были чрезвычайно важны в своё время и остаются таковыми и сегодня – так же, как и общественное вещание сегодня, когда оно выполняет свою основную миссию.
Гордиан Троеллер, благодаря Эльмару Хюглеру и вместе – по крайней мере, на данном этапе это следует подчеркнуть – с Мари-Клод Деффарж и Ингрид Беккер-Росс, без которых эти фильмы не были бы созданы, оказал неоценимую услугу этой телерадиокомпании. И наоборот: благодаря Троеллеру эта телерадиокомпания оказала неоценимую услугу нашему обществу.
С момента ухода с занимаемой должности я строго воздерживаюсь от вмешательства в работу Радио Бремен.
В качестве председателя Исторической комиссии я неоднократно предлагал надлежащим образом вывести на свет некоторые сокровища, которые дремлют в архивах, но по-прежнему актуальны, и которым грозит забвение, в интересах самих вещательных корпораций.
Я считаю более чем оправданным, если бы какая-нибудь телекомпания посвятила целый вечер своим программам Гордиану Трёллеру, или, что ещё лучше, показывала бы программы о Трёллере всю ночь напролёт, или, что ещё лучше, даже ночь за ночью в течение целой недели. А ещё лучше было бы, если бы хотя бы часть наследия Трёллера стала доступна потомкам в онлайн-разделе „Найденные объекты“ — что легко осуществимо в эпоху интернета — и таким образом сохранилась бы.
Общественное вещание могло бы гордиться важными произведениями, созданными им за всю свою историю.
Сегодня вечером – прежде всего благодаря вам, госпожа Беккер-Росс, и благодаря Мартину Осту и театру «Метрополис» – мы вспомним великого программиста, великого журналиста Гордиана Трёллера.
Мы не можем поздравить его в буквальном смысле, то есть сказать «grazie», почти ровно через 14 лет после его смерти. Но мы можем быть благодарны за то, что он существовал. Однако мы можем поздравить себя в том смысле, что выражаем свои наилучшие пожелания по случаю столетия человека, которого мы по праву чествуем сегодня. Мы можем поздравить себя с тем, что смогли учиться у него, что извлекли из его опыта пользу и что продолжаем это делать.
Благодарим вас за терпение, проявленное при осмыслении слов и мыслей Гордиана Троллера, принадлежащих ему, Эльмару Хюглеру и мне.